Волна роста нефтяных доходов, которая возникла после обострения ситуации в Ормузском проливе, завершилась — цены на российскую нефть вернулись к уровням начала весны.
По состоянию на 26 июня цена марки Urals опустилась до $44,96 за баррель. С начала июня она снизилась примерно на 40%, а по сравнению с пиком весной — в 2,5 раза (в апреле цена доходила до уровня примерно $115 за баррель).
Дальневосточный сорт ESPO торгуется дороже — около $61,27 за баррель, но и его котировки упали примерно на 20% с начала июня и на 36% с мая, откатившись к значениям начала марта.
Несмотря на рекордный вывоз нефти (около 4,13 млн баррелей в сутки на фоне простоя НПЗ), выручка от экспорта сократилась примерно на треть по сравнению с маем — до порядка $1,9 млрд в неделю.
Влияние на бюджет
Падение нефтяных котировок усиливает давление на федеральный бюджет. По предварительным подсчётам, средняя цена Urals за июнь оказалась примерно на уровне $62 за баррель, а текущие котировки уже на четверть ниже закладного в бюджете значения в $59 за баррель.
По данным Минфина, нефтегазовые доходы за январь–май сократились примерно на 30%, дефицит бюджета вырос до порядка 6 трлн рублей. К концу июня «дыра» в бюджете увеличилась до примерно 6,4 трлн рублей — почти вдвое выше годового плана (около 3,8 трлн рублей).
Резервы Фонда национального благосостояния также сократились: на 1 июня в фонде оставалось около 3,4 трлн рублей ликвидных активов, с начала года резервы уменьшились на примерно 600 млрд рублей и оказались почти в три раза ниже довоенных уровней.
Возможные меры властей
Чтобы покрыть дефицит, властям придётся увеличивать денежную массу. Не исключается и принятие непопулярных мер после думских выборов, например введение налога на «сверхдоходы».
Оценки показывают, что Минфину потребуется дополнительно 4–5 трлн рублей из‑за превышения военных расходов над изначальными планами. Власти рассматривают секвестр гражданских статей бюджета и дополнительные заимствования на 2–3 трлн рублей.
